Это 1997 год ...
Украинский путьЦитата:
Итак, - сделают вывод читатели, - видимо, автор все-таки склоняется в пользу медленных, осторожных хохлов?..
Мне бы не хотелось, однако, отдавать предпочтение одной из двух стран: слишком многое мне не нравится и в России, и на Украине.
Но рассмотрев все их отличия, я позволю себе привести их к следующей упрощенной формуле:
Россия склонна решать экономические проблемы на новых, некоммунистических путях, и эти пути болезненней. Но политические проблемы (скажем, выбор внешнеполитического курса) она решает в духе старой, советской идеологии. Это способствует единству власти и общества, смягчает боли переходного периода, но зато этот путь ведет в прежний тупик. Украина поступает наоборот: в экономике она выбирает менее болезненный, но тупиковый советский курс, а в политике отказывается от советского курса. Цена этого - разрыв общества и власти.
Один язык.
Эта проблема оказалась, пожалуй, самой острой. На каком языке следует говорить гражданам Украины? На государственном или на "общепонятном"?
Около 80% населения высказывается за то, чтобы повысить статус русского языка; но элиту голоса населения мало интересуют - по крайней мере, пока не доходит до выборов. Зато большая часть политической элиты выступает за ОДИН язык, иными словами - за максимальное ограничение сферы употребления русского языка. То, что в результате в школах и дети, и учителя говорят по-украински, а на переменках тут же переходят на русский, сильно беспокоит элиту, ей бы хотелось запретить употребление русского на переменках. В пользу русского языка выступают в основном левые партии.
Политическая элита никак не согласна признать, что главная функция языка - быть средством общения. Проблема языка политизируется. Речь не о том, как устроить все удобнее для граждан, речь о том, употребление какого языка более соответствует державницким амбициям. Вопрос о том, на каком языке говорит человек, из плоскости удобства, из личного дела переносится в плоскость политики.
Не в первый раз в мировой практике. Известно, что в оккупированной Чехословакии в 1968 году и после него нередко людям, спрашивающим дорогу на чистом русском языке, на столь же чистом русском отвечали: "Не понимаем". Язык бывает средством необщения. Увы.
Язык был политизирован также и в советское время; тогда признаком политической благонадежности было употребление русского языка, и неблагонадежности - украинского. Я утрирую: например, село все советские годы говорило по-украински, и власть это не тревожило; представление об украинстве как признаке неблагонадежности распространялось только на интеллигенцию, - и не без оснований, как мы теперь видим. Точно так же можно согласиться с тем, что нынешнее представление об украиноговорении как признаке благонадежности тоже имеет достаточно оснований.
Однако прежняя ситуация существенно отличается от нынешней в одном отношении. Ранее распространение русского языка, который навязывался сверху, имело в то же время позитивное культурное значение: вместе с русским языком человек получал доступ к мировой и советской культуре. Теперь украинский язык навязывается, помимо прочего, также и в качестве барьера, который должен отгородить граждан от русской и мировой культуры.
Если первое достаточно очевидно, то насчет второго могли бы быть сомнения: подобная цель никем не ставилась (впрочем, цель отгородить от русской культуры тоже официально никем не выдвигалась), более того, сейчас на украинский язык переводятся различные значительные произведения мировой литературы. Их значительно меньше, чем хотелось бы, но здесь надо скорее винить время и общую финансово-политическую ситуацию, чем персонально политиков.
Тем не менее положение дел именно таково. Поскольку новую литературу не печатают (печатают очень мало), основной источник для знакомства с мировой литературой на несколько десятилетий вперед - это книги, изданные в советское время, как на украинском, так и (в значительно большем количестве) на русском языке. Поэтому отказ от русского языка в очень большой мере есть отказ от мировой культуры. В сущности, здесь действует общий принцип: "ломать - не строить". Закрыть канал русского языка, по которому общество воспринимало мировую культуру, много проще, чем построить столь же широкий и удобный для всех канал украинских переводов. И маловероятно, чтобы когда-либо в будущем Украина смогла создать школу переводчиков, сравнимую со школой советского (русского) перевода. Вероятно, она была лучшей в мире. Другой вопрос - почему Пастернак и Ахматова не писали оригинальных стихов, а вместо этого переводили "Гамлета" или корейских поэтов. Многое можно сказать о режиме, который их к этому вынудил. Но результат таков: сегодня постсоветское общество имеет огромный массив переводов высочайшего класса. Отказаться от них - резко понизить уровень культуры общества.
Недавно по украинскому телевидению была объявлена передача под названием "Титан"; когда я поинтересовался, о ком же она, оказалось - о Драгоманове.
Я против Драгоманова ничего сказать не хочу, это видный украинский (русский?) интеллигент XIX века, некоторые его работы я читал с интересом. Но... Микельанжело, Лев Толстой и Драгоманов?!? Если принять это хоть на секунду всерьез - что может хуже аттестовать украинскую культуру: раз уж Драгоманов для нее ТИТАН, то кто же остальные?
Одна вера.
Если все жители Украины - один народ, то и в вопросе веры мы должны быть едины. Было объявлено, что Украине нужна единая, национальная церковь. "Как у других", "чем мы хуже", - ну, не сразу нас признают, ничего страшного. Вот в Болгарии и Румынии по сорок лет автокефальные церкви ждали признания - и ничего.
Результат было легко предсказать. Ведь президент Кучма - не румынский полковник Куза. Украинское правительство не могло заставить всех подчиниться, и в результате вместо одной государственной церкви, которая была в 1985 году, стало четыре... государственных. (О негосударственных - начиная от респектабельных баптистов и кончая "Белым братством" и не знаю, чем еще - я не говорю). Говоря точнее, на Украине есть сейчас 4 церкви, каждая из которых с тем или иным правом претендует на то, чтобы быть "главной".
Это прежде всего Русская православная церковь (называемая Украинской, или УПЦ Московского патриархата - УПЦ-МП), находящаяся в каноническом общении со вселенской церковью. Она имеет наибольшее число прихожан. Но, как я слышал от разных украинских интеллигентов, "ее только ленивый не бьет".
Две другие церкви - греко-католическая УГКЦ ("униаты") и УАПЦ (автокефальная церковь) возникли довольно давно. Уния с Римом была проведена в 1596 году; УАПЦ откололась от Российской церкви еще в 1920-е годы; какое-то время Советская власть с ней заигрывала, потом уничтожила УАПЦ. Она возродилась во время фашистской оккупации... а после окончания войны и УАПЦ, и УГКЦ были ликвидированы.
Восстановившись к началу 1990-х годов, обе эти церкви стали претендовать на роль "истинно национальной". Украинская интеллигенция заявила тогда, что вопрос решается очень просто: надо все украинские церкви объединить.
... Недавно (в конце мая 1997 года) сторонники УПЦ-МП и УАПЦ выступили с совместной критикой патриарха нынешней УПЦ-КП Филарета - он же анафематствованный Денисенко, он же бывший экзарх Украинской церкви. Они цитировали выступления украинских национал-демократов 1992 года: "Не зря депутаты-демократы (О. Шевченко, М. Мотюк, В. Чорновил... - всего 26) в своем заявлении от 20.01.1992 отмечали: "Не случайно предстоятель Украинской церкви митр. Филарет правдами и неправдами ищет путей, быстро заменив свои лозунги... Митрополит Филарет (Денисенко) препятствует духовному возрождению Украины..."". Действительно, в мае 1992 года РПЦ "пошла навстречу" и лишила Филарета его поста; и тут же Филарет возглавил объединение церквей. Его УПЦ-КП сейчас является, пожалуй, самой "официальной" из 4-х официальных церквей.1
Однако же практически филаретовское объединение привело только к тому, что раздрай усилился.
... Но так ли это печально? Действительно ли лучше иметь ОДНУ "национальную" церковь, в которой стоит "подсвечниками" все высокое начальство? У нас, по крайней мере, когда Филарет предлагает ввести в школах обязательное обучение Закону Божьему, Кучма ему дипломатично отвечает: мол, неясно, какому из исповеданий поручить преподавание... В общем, результат церковно-объединительной деятельности украинских демократов состоит в том, что ни одной церкви в обозримом будущем не удастся захватить монополию духовного пастырства.
Один флаг.
Флаг - одна из самых серьезных ошибок в политике украинских националистов.
Что флаг? Просто кусок материи, раскрашенный в определенные цвета. Да, но за эту тряпку люди идут на смерть, как шли на костер за сугубую аллилуйю и двоеперстие. Дело не в самом знаке, а в том, что он обозначает. Флаг есть нечто, объединяющее одну партию, позволяющее отличить ее от другой, отличить "своих" от "чужих".
Значит, флаг действительно нужен. Но какой? Выбрали сине-желтый. Чем он плох? Это флаг одной из партий сегодняшней Украины, а не флаг единой нации. Это флаг Петлюры и Бандеры; данные об их популярности я приводил выше, но хуже всего даже не то, что выбраны непопулярные фигуры. Важнее то, что это личности, отношение к которым раскалывает, а не объединяет Украину.
Я убежден в том, что следовало выбрать иной флаг, против которого никто бы не возражал. Но это было совершенно неприемлемо для националистов: они хотели зафиксировать свою победу, и им это удалось. Цена победы: во-первых, левым был подарен прежний флаг, но главное - новый флаг не объединил общество.
Националисты ответят: ну и что, со временем общество примет этот флаг и будет считать его своим. Это совершенно верно, но цена за это высока. Она заключается в том, что ближайшие 10-20 лет - в годы, критические для становления государства - вместо того, чтобы иметь символ, способствующий объединению, украинское государство будет иметь символ, тормозящий это объединение.
(Здесь Украина, пожалуй, оказалась по сравнению с Россией в менее выгодном положении. Россия, также сменив красный флаг на трехцветный, ничего - как мне кажется - не проиграла. Русское общество более-менее признало этот флаг. Чем оно отличается от украинского.)
Позвольте мне на этом закончить. Я постарался показать украинский путь и его отличия от российского. А какой путь лучше - судите сами.
(Опубликовано в сборнике "Украина и Россия: общества и государства", Москва, издательство "Права человека", 1997)
1В дни Пасхи украинское телевидение показывало службы всех четырех основных церквей; но богослужения УПЦ-КП демонстрировались дважды, в наиболее удобное для телезрителей время; служба УГКЦ - тож дважды, но в удобное время - один раз; служба УАПЦ - один раз в удобное время, а службу УПЦ-МП давали только в ночное время - с.50 в ночь на воскресенье. Степень "официальности" церкви, таким образом, легко определяется.