не беда )

Кафедра, как ни странно, больше слушает, чем говорит. Батискабль «Садко» пурнает в безодню, чутко выставив усики антенн, и ведет фиксации вибраций. Некоторые вибрации предсказуемы, а некоторые неожиданны, и ложатся в бигдаты для следующего ноучного прогноза. А то, что мы пишем – не более чем протоколы исследований.

Нашествие ракопланктона с человечьими глазами, собственно, предсказанием не являлось, как не является предсказанием таяние снега по весне. Нас больше интересовало – под какие именно причитания будет таять этот снег, и кто будет выносить собачье говно, беспощадно обнаженное весной, с детских площадок. Фактически, это и есть истинная «русская весна», когда становится ясно – кто и где гадил всю зиму.

Если кто-то считает, что три имманентных вопроса российского дискурса это: «Что происходит?», «Кто виноват?» и «Что делать?» - то он перекурил в детстве хитрых книжек. На самом деле, традиционное кацапское утреннее вопрошание Небес сьо: «Есть чо попить?», «А чо я натворил-то?» и «Ну и как будем разруливать?»

Вот мы и ловим подводные вибрации на предмет «как разруливать», ибо это самое интересное и познавательное в ракологии.

***
То, что «Крым не бутерброд, чтобы его туда-сюда передавать», Навальный подал трошки не в той коннотации. Частично он прав. Но дело в том, что Крым сейчас именно бутерброд, только упавший на грязный пол маслом вниз, и передавать его туда-сюда, типа «бери обратно и ешь» уже точно не получится. Придется делать новый бутерброд и возвращать хозяину. Сразу появляется ряд вопросов – куда девать сотни тысяч представителей оккупационной демографической инвазии, целенаправленно завезенных Россией в Крым в двадцатом веке, кто будет расплачиваться за спижженое имущество, за ворованные наличманом деньги в крымских банках, за вывезенное ПВО ВСУ, за экологическую катастрофу Внутреннего Крыма и еще за кучу привходящего, которое сразу даже на ум не приходит. Ну вот тупо вопрос: за аренду сотовых вышек и недополученную прибыль с кого спросить? Пересичный громадянын сразу начинает чесать в затылке: а шо, и такое было?

Цум байшпиль, Прокурор Няша, которая сияет в медийном пространстве, але не может выехать из Крыма в Варну – потому что ей там завернут локти и потащат на выдачу в цепкие лапы хунты. Для интерпола симпатии фанатов манги не являются основанием для освобождения от ответственности. В тюрьме сидели девки куда симпатишней Поклонской, шили хустки и клеили конверты. Я понимаю, что для кацапов «присяга», «государственная измена» это абстракции и ситуативные пасьянсы, однако даже папаша Мюллер догадался съебаться в неведомые аргентины, а не быковать в Нюрнберге корочками всесильного гестапо и «я только выполнял приказы».

А ведь речь идет не только об одной намаханной и потерявшейся в свете софитов прокурорской дуре, таких там дохуя – тараканов, прилипших к маслу упавшего бутерброда. Если даже они сбегут – их придется выдавать, допрашивать и судить. И как вы это себе представляете? Это я так, навскидку, для примера привел, чтобы стало понятно – сколько аффилированных проблем вылезет при попытке вернуть то, что Навальный легкомысленно называет «бутербродом».

Проблемы возникают там, где их не предвидели при планировании быстрой и победоносной аферы с рывком сумочки. Срабатывает традиционный принцип домино, который кацапы, способные удержать в сознании не более трех предметов одновременно, постичь не способны. Одно валится на другое, другое на третье, дернул за палец – отвалилась голова. Поставил голову на место – расселось чрево.

Крым – это не бутерброд, это выварка борща, опрокинутая на пол пьяным кацапом. И утренние попытки собрать его половой тряпкой, выжать обратно в кастрюлю и вернуть владельцу, чтобы избежать последствий, вызывают сомнение и недоверчивый прищур кафедры.

Тарелка нечистых помоев, возвращаемая под честное будапештское слово, что «это было в последний раз, потому что путин». А как не путин, то заживем пуще прежнего – вещает тихий голос «четырнадцати процентов», которые все больше и больше напоминают не оппозицию, а диверсификацию рисков в окончательно ебнувшейся империи.

Как заявка в милицию: «Нашел оружие, несу сдавать в РОВД, дата, подпись», которые каждый вменяемый бандит носил рядом с нелегальным пистолетом в 90-е годы – если вы понимаете, о чем я.

***
Сенсоры батискабля ловят эти робкие сигналы из потустороннего мира: «Ну да, наворотили по пьяни, так чо нам теперь делать?» Сигналы несут в себе двоичные коды с намеком на двойное управление и раздел ответственности. Не-не, никаких пенсий и дотаций не просим, просто разрешите повесить украинский флаг на здание сельсовета. Нам за это снимут санкции, начнут пускать в заведения и давать кредиты.

Украинский флаг, затоптанный в грязь, они найдут на помойке, отстирают и погладят. Ебнутых бабушек и курортных отставников, которые выйдут протестовать против реваншизма хохлобендеровской хунты, не разобравшись в развороте государственного тренда, вежливо по русскоязычным челюстям отпиздит калмыцкий ОМОН без нашивок. Шобы, блять, не воняли мимо кассы, старые перечницы и шкадыбалы с орденскими планками. Хотите умереть возле базы Русского Флота? Есть охуенные участки на кладбище в Северодвинске. Чо вы мычите, у нас тут из-за вас санкции. Снимут санкции – вам же деньги на гробовые и подкинем.

Будут спешно создаваться украинские школы, татарские медресе, греческие кофейни и тайские массажные салоны. Если понадобится – недостающих детей в украинские школы привезут эшелоном из Хакассии. Крым станет интернациональным аксеновским полуостровом, принадлежащим всему миру. Разве это аннексия? Это опен спейс!

Интернациональные симфи-пиполь, рейв-рестораны, по шесть казантипов на деревню, многоуровневые турбинные развязки в Ялта-сити, по которым с шелестом пролетают «Маруся-Жигули» на воздушных подушках. Ти-Ви коптеры, с висящими на подножках гроздьями журналистов, снимают с высоты трогательные моменты единения парада геев-культуристов и крестного хода православных юнкеров. Рычащие мотоцыклы Задостанова братаются с прокопченными "бардаками" 95-й бригады: «Вы настоящие мужыки! Уважуха! Вот щас честно говорю, братуха – нас столкнули политики!»

Два консула Крыма, как Древнего Рыма, один Сиргей Митрафанович, второй Мыкола Осыповыч, торжественно разрезают ленточку, презентуя жовто-блакытную скамейку, заложенную в день рождения Тараса Шевченко. На скамейке два тоддлера обнимают друг друга – мальчик в буденовке с двуглавой звездой и девочка у виночку з ленточками. Все плачут от умиления.

Конечно же, в реальности этого не будет, но все сделают в лучших телестудиях на самых-самых синих фонах.

Мир – Крыму, а Крым – Миру. Штыки в землю и нахуй санкции. Особенно нахуй санкции.

Вот этот борщ, собранный вонючей тряпкой с пола вам будут наливать в тарелки следующий год. Да, хахлы, получилось нехорошо, но обратно у нас отмотать не получается, потому что дорого. И так как есть оставлять - тоже дорого. Мы сейчас посчитаем на калькуляторе - как дешевле для нас обойдется, и пришлем вам бизнес-предложение по е-мейлу. А пока почитайте наши предложения по рефрендингу без обязательств, в формате-акробате.

***
Это альтернативный российский выход из крымской безысходности. Отняли? – но разрешаем пользоваться. Флаг сняли? – повесим обратно, флаг жрать не просит. Договор нарушили? – давайте новый заключим. В Будапеште, если хотите. Нам похуй где заключать, и что будет написано в договоре. Все равно это тактика и реалполитик.

Однако, хочется донести до Навального и прочих запасных на черный день перчаточных петрушек из российского политического кукольного сундука:

Санкции тоже не бутерброд, чтобы их туда-сюда отменять.