В Европе оправдательный вердикт подсудимым выносится примерно в 10% от всех рассматриваемых в судах случаев, в США примерно в 40%. В нашей же стране оправдание в суде большая редкость. Дело в том, что и правоохранительная, и судебная системы в Украине носят в целом обвинительный характер: если человек оказался на скамье подсудимых, он практически гарантированно будет осужден. В наших судебной и правоохранительной системах со времен еще первых пятилеток существовали планы и статистические показатели, которые должны были демонстрировать эффективность их работы. И если плановая экономика в целом приказала долго жить, то «плановое» правосудие осталось.
Даже в лучшие для правоохранителей годы раскрываемость с учетом латентности была не более 30%, однако нужно было гнать показатели, и их гнали. Еще несколько лет назад в Крыму раскрываемость преступлений доходила до 98%. И не одерни тогда резвых крымских «плановиков» киевское начальство, догнали бы раскрываемость и до 100, а то 120%, — это, конечно, с учетом раскрытия преступлений прошлых лет. Сейчас, по некоторым данным, реальная раскрываемость составляет не более 10%. Как тогда показать эффективность работы милицейских органов? Первое и самое простое — не регистрировать преступления.
Предположим, произошла мелкая кража кошелька, но потерпевший понятия не имеет, где и кто его обокрал. Милиционер, разбирающий этот случай, понимает, что дело раскрыть практически невозможно, значит, будет «сухарь», который негативно отразится на показателях милицейской работы. Поэтому для него выгодно всеми правдами или неправдами не регистрировать данное преступление. Однако с принятием нового Уголовно-процессуального кодекса фиксировать полагается все криминальные происшествия. На деле же вряд ли все обстоит именно так.
Другой метод улучшения статистики — повесить на преступника, совершившего одно преступление, с десяток других подобных, но не раскрытых.
Один ветеран крымского уголовного розыска рассказал интересную историю. Задержал он несколько лет назад домушника, прибывшего к нам на «гастроли» из Закавказья, который признался в серии реально совершенных им краж. Но не успел правоохранитель оформить все документально, как выяснилось, что коллеги успели эти кражи повесить на других домушников, которые уже отбывали за это срок.
В случае если подозреваемый настаивает, что на него было оказано давление, судья должен назначить прокурорскую проверку. Прокуратура — контрольно-надзорный орган. На деле же ее функции иногда просто взаимоисключающие. На досудебном следствии прокуратура надзирает за выполнением законности и фактически должна делать все, чтобы соблюдались права подозреваемых, а в суде прокуроры поддерживают обвинение и, по сути, должны упечь обвиняемого за решетку. Поэтому прокурорская проверка в таких случаях чаще всего заканчивается ничем. У прокуратуры тоже есть статистика, и если милиция где-то в расследовании напортачила и это выяснится в суде, спрос будет с прокурора. Ведь и у судей тоже своя статистика — если они начнут разваливать дела, с них сурово спросят.
Получается, если человек попал под стражу, его надо обязательно посадить. А если его признают невиновным, он вправе потребовать немалую компенсацию. И тогда спрос будет со всех: и с милиции, и с прокуроров, и с судей.
По мнению специалистов, в нашей стране до 10% всех приговоров в той или иной мере незаконны, еще 20% вынесены с теми или иными нарушениями. Случаев, когда в Украине сажали невиновных людей, причем по обвинению в довольно резонансных делах, немало.
Раньше если дело было шито белыми нитками, находился беспроигрышный выход. Управляющий партнер адвокатской коллегии Status Артем Пепа поясняет: «В старом Уголовно-процессуальном кодексе Украины содержалось такое понятие, как возвращение дела на дополнительное расследование. Данная мера очень часто применялась, когда суд и прокуратура понимали, что по делу необходимо выносить оправдательный приговор, а с подсудимого снимать все обвинения; по сути, это был такой завуалированный оправдательный приговор. Дело направляли обратно следователю, где оно со временем благополучно прекращалось. В таком случае выигрывали все: подсудимый избегал незаслуженного наказания, прокурор — дисциплинарной ответственности за то, что не обеспечил надлежащий надзор за досудебным следствием, суд пребывал в уверенности, что его приговор не отменит суд апелляционной инстанции».
Когда чуть менее года назад ввели новый Уголовно-процессуальный кодекс, было много возгласов, дескать, вот оно, торжество справедливости. Действительно, с новым УПК в уголовный процесс были введены многие демократические процедуры, к примеру, признание своей вины сейчас не является доказательством. Но в целом правоохранительная система осталась старой, плановой, носящей все тот же обвинительный характер.
Милиция, привыкшая работать по старинке, долго не могла приспособиться к новым условиям да и до сих пор не всегда может. Вот и получается, новый УПК, с одной стороны, разгрузил тюрьмы и зоны, с другой — воры гуляют на свободе, а с третьей — если человек попал под стражу, сидеть ему, скорее всего, придется.
Управляющий партнер адвокатской коллегии Status Виталий Дацюк говорит: «К сожалению, новый Уголовно-процессуальный кодекс Украины не оправдал ожидания юридического сообщества. На практике правоохранительные органы и суды продолжают проводить расследование и рассматривать дела на обвинительном уклоне. Принцип равенства сторон не соблюдается, поскольку сторона обвинения имеет существенно больше прав по сравнению со стороной защиты. В подавляющем большинстве случаев суд стоит на позиции прокуратуры и выносит обвинительные приговоры, не принимая доводы защитников».
После введения нового УПК была дана негласная рекомендация — 30% приговоров должны быть оправдательными, все же в Европу движемся. Однако на деле ничего не изменилось. Оправдательными приговорами у нас сейчас заканчиваются примерно 0,17% всех судебных процессов.
Интересная статистика: если во времена Сталина, в разгар массовых репрессий, в 1937 году, народные суды вынесли 10,3% оправдательных приговоров; в 1938-м — 13,4%; в 1939-м — 11,1%; то в Украине в 2012 году всего 0,17%. По данным государственной судебной администрации, в 2012 году из-под стражи освободили только 707 человек, в то время как 185 тысяч человек были осуждены.
Конечно, мы не в коей мере не должны ориентироваться на советское правосудие времен репрессий, нынешняя ситуация кардинально отличается, но факт остается фактом — тогда оправдывали больше, чем сейчас.
Реально ситуацию в нашей правоохранительной системе может изменить кардинальная полномасштабная реформа, а не половинчатые меры вроде принятия нового УПК.
http://www.pravo-kiev.com/analitika/v-t ... -v-ukraine
Вход
FAQ
Поиск
Сообщение, не относящиеся к теме
О! Пройти к светлому "завтра"! 
